Дмитрий Борец

волынка / золовка / экстраполировать / козероги / лицемерие / дорога

МОМЕНТ ИСТИНЫ

С самого утра Джазим Убар Абу Аль Хазим чувствовал себя не в своей тарелке. Во время долгой изнурительной подготовки к сегодняшнему дню он был уверен в себе, он знал, что когда этот день настанет, он будет решителен, воодушевлен и целеустремлен. Но сегодня в душе его поселилось сомнение. "Что, если я не смогу? - думал он, - Что если в самый последний момент у меня не хватит мужества? Прожить остаток жизни зная, что поступил не как мужчина, не как солдат, смогу ли я себя за это простить? Сможет ли Господь простить меня? Аллах, Аллах да поможет мне!" Расстелив коврик, Абу опустился на колени и принялся истово молиться.

Долгие месяцы он изучал расписания полетов, наблюдал за аэропортами в разных городах, рассчитывал, экстраполировал информацию, полученную из открытых источников и собственных записей, выбирая подходящий день, час и рейс. Этот день был сегодня, этот час был полдень, этот рейс был SV1435 Эр-Рияд - Йоханнесбург.

Зазвонил телефон. Абу взглянул на экран. Это была его тётка, точнее - золовка его матери. После гибели родителей Абу в Палестине, она была единственной его родней. Тётка воспитывала его в строгих традициях семьи и религии. Сейчас Абу было не до нее, и в целом - ни до кого, тем не менее, он зачем-то снял трубку.


- Абу, мальчик мой, ты готов? - услышал он знакомый голос.


- Что? Д-да, наверное… - рассеянно произнес Абу.


- Что значит - наверное? Теперь уже поздно отступать! Подумай о том, что ждет тебя после того, как ты сделаешь то, что должен! Ты не можешь просто так взять и…


Тёткин голос еще продолжал что-то взволнованно говорить из телефона, когда Абу повесил трубку. Включив ноутбук, он зашел в интернет и зарегистрировался на рейс. Сумка его была собрана с вечера; впрочем, для того, что он задумал исполнить, много багажа не требовалось. Всё, что ему было нужно, было спрятано у него в куртке.

Пожалуй, больше всего переживаний доставил досмотр в аэропорту. Поздно спохватившись, Абу, стоя с поднятыми руками и расставленными ногами перед офицером досмотра, взволнованно провожал глазами свою куртку, уезжавшую по транспортеру в недра рентгеновского аппарата. Когда куртка выехала с другой стороны, и ни у кого не возникло к нему вопросов, Абу схватил куртку и ощупал её. Всё было на месте, там, где положено. Закрыв глаза, он вздохнул с облегчением, и на ватных ногах пошел в сторону скамеек.


- Погоди-ка! Эй, постой! - раздался сзади голос офицера. Сердце у Абу практически остановилось. - Сумку-то забыл забрать! - сказал с улыбкой офицер, протягивая Абу его рюкзачок. Абу выдавил из себя улыбку, взял рюкзак, и чуть ли не бегом направился к своему гейту.

Стараясь избегать контакта глазами, Абу протянул стюардессе зажатый в потной ладони посадочный талон. Девушка мило улыбнулась Абу, не без труда вытянула бумажку из его кулака, бегло взглянула на талон и жестом показала, что ему нужно пройти по проходу в салон, как будто он мог случайно пойти куда-то еще. Абу нашел свое место, 13E. У окна уже сидела пожилая европейка, листая холеными руками с безупречным маникюром и кожей, напоминающей старый пергамент, журнал с товарами из дьюти фри. Абу сел, пристегнулся, потуже затянул ремень. Пассажиры толпились в проходе, стараясь протиснуться мимо друг друга. Напротив Абу остановился полный мужчина средних лет в шотландской униформе: берет с помпончиком, курточка, гольфики, волосатые колени и килт с роскошным меховым спорраном.

Шотландец принялся запихивать в уже довольно плотно заполненную багажную полку свою волынку. Волынка сопротивлялась и вываливала свои многочисленные щупальца на головы пассажиров двенадцатого ряда. Абу покачал головой, закрыл глаза и начал молиться. Шотландец плюхнулся на свое место рядом с Абу. Абу стиснул зубы от раздражения и волнения, и начал молитву заново.

Самолет набирал высоту. От перепада давления волынка в багажной полке раздулась, и начала исполнять грустную шотландскую мелодию. Хозяин волынки, благоухая ирландским виски, храпел, не обращая ни на что внимания. Абу внимательно следил за перемещениями стюардесс и пассажиров. На экране в подголовнике сиденья напротив показывали карту земли. Непропорционально большое изображение самолета, двигаясь по проложенному курсу от тропика Рака к тропику Козерога, висело где-то над красной линией экватора. Абу непроизвольно выглянул в иллюминатор на землю, в расчете увидеть там красную полосу от горизонта до горизонта. Из хвоста самолета запахло то ли рыбой, то ли курицей. Абу вернулся к наблюдению за происходящим в салоне. Он разочарованно поморщился, когда стюардесса зашторила проход в бизнес-класс, тем самым перегородив обзор переднего тамбура у кабины пилотов. Сейчас там будут разливать шампанское и подавать еду от шеф-повара - бесхитростное лицемерие, сомнительный статус за небольшие деньги на время полета. Растолкав шотландца, Абу жестами показал, что ему нужно в туалет. Пройдя по коридору вперед, он, прежде, чем войти в уборную, слегка отодвинул занавеску, и внимательно осмотрел передний тамбур. Удовлетворенно улыбнувшись, он вошел в туалет, и постоял там немного, прислушиваясь к себе. Откуда-то из глубины подсознания поднялась и окрепла уверенность в том, что он готов совершить настоящий поступок, и ему наконец-то стало всё равно, что будет потом. Он для проформы спустил воду, и вернулся в салон. Еще не время. Сейчас по коридору покатятся тележки с едой и напитками, это помешает ему. Дорога предстоит длинная. Нет, ещё не время.

Солнце, долгое время висевшее над горизонтом, наконец провалилось красным медяком в копилку запада. Пилот выключил свет в салоне. Пассажиры обоих классов, наевшись и напившись, постепенно засыпали. Только в бизнес-классе горела одинокая лампочка: темнокожий бизнесмен в дорогом костюме читал комикс про супермена. Стюардессы, воспользовавшись затишьем, тоже присели на свои места, и отдыхали. Только старшая бортпроводница стояла у двери в кабину пилотов, наводя порядок.


Теперь, или никогда. Протиснувшись между шотландцем и спинкой места 12D, Джазим Убар Абу Аль Хазим твердым решительным шагом направился в нос самолета, держа руку за пазухой. Однако он не знал, что в план его уже какое-то время назад вкралась ошибка.

 

Подозрительные действия молодого человека привлекли внимание спецслужб, и несколько последних недель он находился под скрытым, но весьма пристальным наблюдением. Когда до тамбура оставалось всего каких-то три шага, сзади на Абу набросились два спецагента, сидевшие в бизнес-классе, а из эконом-класса бежал к ним на помощь, теряя килт, полковник Брендан МакГвайр. Но Абу все-таки успел вырвать руку из внутреннего кармана куртки и разжать кулак, из которого выкатилось кольцо с бриллиантом, и упало к ногам проводницы.


Придавленный двумястами килограммами живого веса к полу, Абу прохрипел: - Мери Джейн, выходи за меня!

This site was designed with the
.com
website builder. Create your website today.
Start Now